Он в совершенстве владел удмуртским, марийским, русским языками

«Суровый ветер стран Уйшора, Оставь, покинь страну мою! Ты видишь: я с тобою в споре: Суровый ветер стран Уйшора, Сверни свой путь к Уралу, в горы. Или умри со мной в бою! Суровый ветер стран Уйшора, Оставь, покинь страну мою!.. Мои хлеба ты заморозил, Но сердца пыл не умертвил!..» Большинству читателей вряд ли известны эти строки, как и имя их автора — Кузебая ГЕРДА. Между тем этому человеку обязана своим становлением не только современная удмуртская литература, но и культура в целом.

Родившись в семье простого удмуртского крестьянина, Кузьма Павлович Чайников (подлинное имя К. Герда) сумел стать одним из образованнейших людей своего времени. Он в совершенстве владел удмуртским, марийским, русским языками (ряд произведений он написал на русском), свободно читал на коми, немецком, финском, венгерском языках. Ему посчастливилось учиться у В. Брюсова (которого Герд называл своим любимым поэтом), встречаться с А. Луначарским, Д. Фурмановым, С. Есениным, Н. Хикметом, А. Барбюсом… Знал К. Герда и М. Горький, который отредактировал ряд его стихов и поэму «Керемет».

За неполные сорок лет (а точнее, за тридцать четыре, поскольку последние годы жизни К. Герд провел на Соловках в печально известном Соловецком лагере особого назначения) он успел опубликовать около 400 стихо­творений, дюжину поэм, повесть, десятки рассказов, пять пьес и свыше сотни научных статей по вопросам фольклористики, литературоведения, лингвистики, этнографии, педагогики.

Увы, судьба К.Герда повторила судьбу многих «революционных интеллигентов»: всей душой приняв революцию, они в конечном итоге от советской власти и погибли. Впрочем, мы забежали далеко вперед.

Один из многих

Родился Кузьма Павлович Чайников 2 (14) января 1898 г. в деревне Большая Докья Вавожской волости Малмыжского уезда Вятской губернии в крестьянской семье. В семилетнем возрасте он лишился отца, и их семья стала испытывать крайнюю нужду. Несмотря на это, мать отдала мальчика в начальную школу. Учился Кузьма хорошо и по настоянию сельской учительницы был отправлен для дальнейшей учебы в двухклассную земскую школу в село Вавож. Именно там двенадцатилетний парнишка начинает собирать удмуртские народные песни и, подражая им, писать стихотворения.

В августе 1912 г. Чайников поступает на учебу в Кукарскую учительскую семинарию Яранского уезда Вятской губернии. Решением руководства семинарии он получает казенную стипендию, что, собственно говоря, и позволяет ему учиться, так как его семья, говоря современным языком, относилась к «малоимущим». Там же, в семинарии, Кузьма издает свой рукописный журнал, большинство материалов для которого пишет он сам, скрываясь за псевдонимами «Один из многих», «Такой-сякой» и т.п.

Окончив семинарию, осенью 1916 г. он становится заведующим двухклассной школой в волостном селе Большая Уча. В школе его стараниями появляется драматический кружок, где ставят небольшие пьесы и постановки на русском и удмуртском языках.

Пламенный активист

В 1918 г. после установления советской власти в Удмуртии Чайников становится членом правления Уездного учительского союза и заведующим Вотским отделом при Малмыжском Уездном отделе народного образования. (В те годы удмуртов еще именовали вотяками.)

Как и многие образованные представители так называемых малых народов, Герд увидел в революции в первую очередь возможность приобщить своих соплеменников к «мировой культуре», с одной стороны, а с другой – познакомить «большие народы» с культурой своего: «Я верю: прекрасно, словно цветы, расцветет наше молодое искусство. И мы в кадушку мирового искусства добавим ложечку меда».

Неслучайно в том же 1918 г. он начинает активно работать в Малмыжском историческом обществе, организатором и руководителем которого был известный историк и краевед М.Г. Худяков. Кроме изучения удмуртского фольклора и этнографии К. Чайников записывал также легенды и предания марийцев Малмыжского уезда. В те же годы он разворачивает активную социально-политическую и просветительскую деятельность в родном крае. Его статьи печатаются в местных газетах. Он переводит на удмуртский язык произведения русских писателей, создает собственные оригинальные произведения.

В 1919 г. в селе Ципья появляется первый кружок «Шунды», который ставит спектакли и дает концерты на удмуртском языке. Подобные кружки были созданы Чайниковым и в других удмуртских селах и деревнях. А еще им были организованы вотские педагогические курсы для учителей удмуртских школ. В 1920-м Герд становится заведующим издательским отделом Удмуртского комиссариата и сразу начинает издавать первый удмуртский детский журнал «Муш» («Пчела»), активно поддерживает удмуртских литераторов, которые пишут или переводят для детей. В этом же году выходит его повесть «Мати», поэма «Война», сборник народных песен, в газетах – множество новых стихотворений. Наряду с пьесами «Свидетели», «На светлую дорогу» он издает в своем переводе биографии К. Маркса, В.И. Ленина, агитационно-просветительские брошюры. Помимо этого Герд публикует в газете «Гудыри» целый ряд статей, в которых обосновывает необходимость подготовки удмуртских национальных учительских, музейных и библиотечных кадров, создания удмуртского музея, музыкальной школы и университета. В то же время он продолжает активно заниматься собиранием удмуртского фольклора. Так, например, в одной из своих статей Герд сообщает, что им собрано среди удмуртов «13 колен (циклов) легенд и преданий, и они приводятся в порядок».

Строптивый Кузебай

К 1920 г. относится и окончательный выбор литературного псевдонима – Кузебай Герд. («Герд» по-удмуртски означает «узел», «единство», «завязь»). На вопрос о том, зачем он для псевдонима выбрал слово, похожее на немецкое, К. Герд ответил собеседнику:

– Разве ты не знаешь, как поется в «Марсельезе»: «Отречемся от старого мира…» Что это за фамилия будет в новое время: Чайников – Самоварников?..

– Но ты ведь не только фамилию, но и имя изменил?

– Правильно, при такой короткой, как выстрел, фамилии «Герд» нужно трехсложное слово – «Ку-зе-бай».

В ноябре 1920 г. создается Вотская автономная область, столицей которой становится город Глазов. Приветствуя создание области «Удмуртским гимном», Герд однако не поддерживает выбор столицы и отказывается туда переезжать. Возвращается на родину – в Большую Докью – и работает там сельским учителем. Но в 1921 г. новой столицей области становится Ижевск, а Кузебая Герда зовут на должность заведующего дошкольным подотделом Отдела народного образования. Герд соглашается и начинает организацию в Удмуртии детских домов.

Одновременно он продолжает большую творческую работу. К концу 1921 г. им подготовлен сборник стихов «Гусляр» («Крезьчи»), который увидел свет в 1922 году. В том же году К. Герд поступает в Высший Литературно-художественный институт в Москве. Сразу после окончания вуза в 1925 г. его назначают директором областного краеведческого музея. Тогда же он берется за создание объединения удмуртских писателей. Развитие литератур национальных окраин как раз в то время поддержала партия в резолюции ЦК «О политике партии в области художественной литературы». В Ижевске появился литературно-художественный и общественно-политический журнал облисполкома «Кенеш» («Совет»), членом редколлегии которого становится Кузебай Герд.

В 1926 г. при активном участии Герда создана Всеудмуртская ассоциация революционных писателей (ВУАРП): он пишет устав этой организации и становится ее первым председателем. Однако уже вскоре из-за своего выступления на Всеудмуртском съезде учителей и в связи с внутренними распрями в
ВУАРП Герд выходит из ассоциации. В ответ Герду закрыли путь к читателю – перестали печатать его книги.

Я встретился с ней

Мы осенью впервые
Повстречались…

I

Едва шуршала желтая листва.
Казалось мне – в лесу с ветвей
срывались,
Летя к земле, не листья, а слова.
Они на наши плечи опускались,
Когда, обнявшись, вместе мы
сидели,
А листья все летели и летели…

II

Расстались…

III

И вот я снова вижу листопад,
Как прежде листья желтые
летят,
Шуршат и о былом напоминают,
Но без тебя я их не понимаю.
Один…
Ковер листвы на землю лег,
Стою, молчу, тоскуя,
И вздыхаю,
И то, что я, как прежде,
Одинок,
Не знаю…

Кузебай ГЕРД

Кулацкий поэт

Герд фактически бежит в Москву – поступает в аспирантуру Института народов Востока. Здесь он целиком отдается научной работе, в которой можно выделить два основных направления: удмуртский фольклор и удмуртская этнография. Диссертацию по фольклору он решил написать по теме «Вотяцкая загадка». Тема диссертации по этнографии – «Родильные обряды и восточно-финская колыбель».

В декабре 1929 г. Герд закончил аспирантуру с самыми положительными характеристиками и отзывами о его работе. Он решает поступать в докторантуру, получая положительные отзывы академика Ю.М. Соколова, профессоров А.А. Миллера и Д.В. Бубрих… Герда уже было зачислили, даже готовились отправить в длительную заграничную командировку. Однако планам этим не суждено было сбыться, так как Герда срочно отзывают в Ижевск, где он назначается преподавателем удмуртского языка и литературы в совпартшколе. Поводом для отзыва стал коллективный донос на Герда в Удмуртское представительство.

Позже некоторые соавторы этого доноса займут высокие должности в партийных и советских органах. А в начале 30-х годов начнется травля Герда в средствах массовой информации. Его обвинили в национализме, называли кулацким поэтом, изобрели даже термин «гердовщина».

Впрочем, и сам Герд дал повод для подобных обвинений. Будучи человеком талантливым, он не мог тупо следовать установкам власти. С другой стороны, у Герда не было опыта революционной борьбы. В условиях, когда национально-освободительное движение тесно переплеталось с классовой борьбой, он прежде всего акцентировал внимание на национальных проблемах. Поэтому в его творчестве просматривается ряд противоречий: поддерживая политику советской власти в деревне, он одновременно мог призывать не враждовать с богачом, воспевая путь к всеобщему счастью народов, мог противопоставить один народ другому, национализм «малых народов» мог назвать прогрессивным явлением…

Контр­революционер

В 1932 г. Герда осуждают по т.н. «делу СОФИН» («Союз освобождения финских народов»). Его приговаривают к расстрелу. Однако благодаря хлопотам М. Горького высшую меру заменяют десятилетней ссылкой на Соловецкие острова. Хотя четыре месяца в камере смертников все же Герд провел.

В 1937 г., когда поток репрессированных был поставлен чуть ли не на «промышленную основу», многих уже осужденных подвергают вторичному суду (как водится, по липовым обвинениям, для «расчистки мест»). Так, Кузебай Герд (Кузьма Чайников) вместе с еще почти двумя тысячами «лагерников» был приговорен к расстрелу. Оперативная часть СЛОНа обвинила их в том, что, «оставаясь на преды­дущих контрреволюционных позициях, продолжая контр­революционную шпионскую и террористическую деятельность, они создали контрреволюционную организацию».

1 ноября 1937 г. Герда расстреляли.

Константин ЛИТВИНОВ

Источник: Аргументы Недели

Оставьте комментарий

Filed under Новости

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.